В статье, опубликованной на платформе «Хабр», рассматривается работа технических средств противодействия угрозам (ТСПУ), которые используются для фильтрации интернет-трафика в России. Автор подробно описывает два основных подхода к блокировке: «тупой» и «умный», а также делится наблюдениями о том, как эти механизмы эволюционируют. Публикация ориентирована на технических специалистов и всех, кто интересуется методами обхода ограничений. Автор отдельно оговаривает, что не затрагивает тему белых списков на мобильном интернете и историю развития ТСПУ с 2008 по 2026 год, поскольку ранее посвятил им отдельные материалы, включая большой лонгрид. Текущий разбор сосредоточен именно на практических аспектах: как устроена фильтрация, какой протокол выбрать, какой клиент использовать и чего ожидать в будущем.

Согласно материалу, «тупая» блокировка основана на анализе IP-адресов, портов и транспортных протоколов. Если пакет соответствует запрещённому правилу, он отбрасывается, и соединение с сервером не устанавливается. Это может быть блокировка конкретного IP, порта 443 для TCP или всего UDP-трафика. В таких случаях изменение содержимого запроса не помогает, поскольку фильтр реагирует на неизменяемые параметры: адрес, порт и транспорт остаются теми же, даже если запрос зашифрован или разбит на части. Для обхода требуется смена IP, порта или транспорта, например, через VPN-туннель, когда клиент подключается к посреднику, а тот уже идёт на нужный сайт. Автор подчёркивает, что «тупая» блокировка неизбирательна: запрет общего IP кладёт все сайты на нём, закрытие TCP/443 отрезает HTTPS по TCP, запрет UDP отключает QUIC, игры и звонки, а блокировка диапазона CDN вместе с нужным сервисом роняет чужие сайты, обновления и API.

«Умная» блокировка, напротив, анализирует содержимое трафика: например, имя сайта в SNI при HTTPS-соединении. Если обнаруживается запрещённый домен, соединение разрывается, даже если IP и порт разрешены, а другой сайт на том же IP продолжает работать, ведь его SNI не заблокирован. Признаком может быть не только домен, но и характерное начало протокола, формат сообщений или узнаваемый ответ приложения. Автор отмечает, что современные системы научились склеивать фрагментированные пакеты, что усложняет обход путём простого разрезания запроса: раньше можно было разорвать имя сайта пополам, отправив «owenew…» в первом пакете и «…ans.org» во втором, но теперь фильтр собирает части обратно. Для обхода применяются анти-DPI инструменты, такие как zapret, zapret2, ByeDPI и ByeByeDPI, которые модифицируют запросы так, чтобы сервер понял их, а ТСПУ не распознал запрещённый признак. Также упоминается ECH (Encrypted Client Hello), скрывающий настоящее имя сайта, но сам факт использования ECH может стать признаком для блокировки. Автор подчёркивает, что на практике часто применяются смешанные методы: сначала блокировка по протоколу, затем по IP, что требует комплексного подхода к обходу, а неудачная модификация запроса ломает интернет самому пользователю.

В статье приводятся технические детали о составе российских ТСПУ. Указывается, что фильтры и балансировщики поставляет компания RDP.ru, а основой служит аппаратно-программная платформа EcoSGE. В её состав входят EcoFilter, проверяющий адреса и запросы по спискам, и EcoDPI, распознающий протоколы. Фильтры представляют собой стоечные устройства с процессорами Intel Xeon, оперативной памятью и сетевыми портами 10 Гбит/с. Например, модель EcoFilter 4120 имеет 12 портов, а 4160 — 16, причём порты работают парами: с одной стороны приходит трафик абонента, с другой идёт обмен с интернетом. Перед фильтрами могут устанавливаться балансировщики EcoFilter Balancer или Eco Highway, распределяющие потоки и применяющие свои правила по адресам и портам. За подготовку списков отвечает ПО EcoDPIOS, включающее сервер предварительного формирования списков (СПФС) и систему централизованной обработки списков (СЦОС).

Сравнивая с альтернативами, можно отметить, что описанные механизмы не уникальны для России. Подобные системы фильтрации существуют и в других странах, например, в Китае (Great Firewall) или Иране. Однако российская реализация имеет свои особенности, связанные с законодательными требованиями и используемым оборудованием. В отличие от чисто программных решений, ТСПУ представляют собой аппаратно-программные комплексы, что обеспечивает высокую производительность, но требует значительных ресурсов для развёртывания. Методы обхода, такие как анти-DPI, также развиваются, создавая постоянную гонку вооружений между разработчиками фильтров и средствами обхода. Для российского рынка эта информация имеет двойственное значение: с одной стороны, она демонстрирует уровень технической оснащённости систем фильтрации, которые производятся внутри страны и внедряются операторами связи, с другой — указывает на сохраняющийся интерес к инструментам обхода и развитие методов противодействия. В отраслевых кругах подобные разборы помогают специалистам понимать логику работы ТСПУ и оценивать риски.

В перспективе автор прогнозирует дальнейшее усложнение как блокировок, так и методов их обхода. Остаётся открытым вопрос, насколько эффективно ТСПУ смогут адаптироваться к новым протоколам и технологиям, таким как ECH и QUIC. Также неясно, как будет развиваться законодательство в этой сфере и какие требования будут предъявляться к операторам связи. Реакция сообщества на публикацию пока не известна, но тема традиционно вызывает активные дискуссии среди технических специалистов и пользователей, заинтересованных в свободном доступе к информации. Техническое сообщество продолжит искать способы обхода, а производители ТСПУ — совершенствовать фильтрацию. Эта динамика будет определять ландшафт интернет-цензуры в России на ближайшие годы.