Исследование: как генеративный ИИ незаметно меняет рынок электронных книг на Amazon
Учёные из четырёх университетов проанализировали более 14 тысяч книг на Amazon и выяснили, что доля текстов с ИИ-содержимым растёт, но продажи таких книг пока не доминируют. Разбираемся, что это значит для писателей и читателей.
Преподаватель писательского мастерства Алиса, работающая с авторами из IT-сферы, всё чаще слышит вопросы о том, как искусственный интеллект меняет книжный рынок. Чтобы ответить на них с опорой на факты, она обратилась к масштабному исследованию, проведённому учёными из Университета Стоуни-Брук, Колумбийского университета, Мичиганского университета и Массачусетского технологического института. Работа под названием «Генеративный ИИ наводняет и размывает книжный рынок» анализирует 14 419 электронных книг, опубликованных на Amazon с января 2023 по март 2026 года. Исследователи сопоставили наличие ИИ-текста с ежедневными данными о продажах, полученными из закрытой аналитической базы одного из издательств «Большой пятёрки», которая охватывает не менее 95% продаж электронных книг на платформе.
Главный вывод исследования заключается в том, что книги с существенной долей ИИ-текста действительно присутствуют на рынке и даже занимают позиции в рейтингах, однако их доля пока не столь катастрофична, как можно было бы ожидать. Учёные проверяли полные тексты книг с помощью специального детектора, но признают ограничения: невозможно восстановить реальную историю создания каждой книги, поэтому «книга без обнаруженного ИИ» не гарантирует полностью человеческого авторства, а «книга с ИИ» не означает, что автор просто нажал кнопку генерации. Тем не менее, масштаб выборки позволяет впервые обсуждать проблему на основе реальных данных, а не отдельных примеров. Исследователи задались четырьмя ключевыми вопросами: остаются ли ИИ-книги внизу рынка или продаются наравне с обычными, расширяют ли они рынок или размывают его, выпускают ли авторы ИИ-книги с недостижимой для человека скоростью и используют ли ИИ в коммерчески успешных книгах.
Особое внимание в исследовании уделено методологии: из выборки исключили книги, которые ни разу не поднялись выше 1,5 миллиона в рейтинге Amazon, то есть практически не участвовали в коммерческом обороте. В итоговую выборку вошли книги из восьми популярных жанров жанровой прозы — от романтики и фэнтези до триллеров и современной прозы. Авторы подчёркивают, что результаты нельзя переносить на поэзию, детскую литературу, нон-фикшен и весь книжный рынок в целом. Данные о продажах поступали из закрытой базы, которая ежедневно отслеживает около 500 тысяч ASIN-идентификаторов на Amazon, что обеспечивает высокую точность, но недоступно для независимой проверки. Тем не менее, такой подход позволяет увидеть реальную картину продаж, а не только факт публикации.
Ключевой результат исследования — ИИ-книги активно продаются, но их доля в общем объёме продаж пока не достигает уровня, который можно назвать «захватом рынка». При этом они уже начинают размывать рынок, отбирая часть продаж и позиций в рейтингах у книг без ИИ-текста. Особенно заметно это в жанрах с высокой конкуренцией, таких как романтика и фэнтези, где читатели часто ориентируются на количество новинок и скорость выхода. Авторы, использующие ИИ, выпускают книги значительно быстрее, что создаёт дополнительное давление на традиционных писателей. Однако исследователи отмечают, что качество ИИ-текста остаётся неравномерным, и читатели всё ещё могут отличать его от человеческого, хотя с каждым годом это становится сложнее.
Для российского рынка эти данные особенно актуальны, поскольку платформы самопубликации, такие как Ridero и ЛитРес: Самиздат, уже сталкиваются с наплывом ИИ-генерируемых книг. Российские авторы и издатели внимательно следят за зарубежными исследованиями, пытаясь спрогнозировать развитие ситуации. Пока что в России нет аналогичных масштабных исследований, но отдельные примеры уже вызывают беспокойство: появляются книги, созданные нейросетями за считанные дни, и они находят своего читателя. Это ставит перед отраслью вопрос о необходимости маркировки ИИ-контента и разработки инструментов для его детекции, хотя сами исследователи признают, что существующие детекторы несовершенны и могут давать ложные срабатывания.
Сравнение с альтернативами показывает, что книжный рынок сталкивается с проблемой, схожей с той, что уже пережили стриминговые платформы. Как и в случае с «Нетфликсом», изобилие контента требует механизмов фильтрации, и алгоритмы рекомендаций начинают играть решающую роль в том, какие книги увидит читатель. Однако если в стриминге для создания нового сериала всё ещё нужны сценаристы, актёры и съёмочная группа, то книгу технически можно сгенерировать за несколько дней и сразу опубликовать. Это создаёт беспрецедентное давление на писателей, которые вынуждены конкурировать не только с другими авторами, но и с бесконечным потоком ИИ-текстов. Вопрос о том, как сохранить ценность писательского труда в таких условиях, остаётся открытым.
Перспективы развития ситуации зависят от нескольких факторов: совершенствования детекторов ИИ, реакции платформ и издательств, а также изменения читательских предпочтений. Исследователи планируют продолжить работу, расширив выборку и включив в неё другие жанры и форматы. Пока же можно сказать, что ИИ-фабрики уже начали поглощать рынок, но этот процесс идёт медленнее, чем предсказывали пессимисты. Возможно, в будущем мы увидим появление гибридных форм творчества, где ИИ будет выступать инструментом, а не заменой писателю. Однако для этого необходимо выработать этические и правовые нормы, которые защитят права авторов и обеспечат прозрачность для читателей. Ответы на эти вопросы появятся в ближайшие годы, и от них зависит, станет ли литература диккенсовским Кокстауном или найдёт новый баланс между технологиями и человеческим вдохновением.